Дмитрий Бенардаки (1799–1870)
П. Ю. АФАНАСЬЕВ
В 1962 году в Ленинграде во время земляных работ, начатых на месте возведения будущего концертного зала «Октябрьский», рабочие обнаружили гранитную плиту с отверстием, прикрытым пластиной. Под плитой – металлический гроб. Никто не удивился: незадолго до «нулевого цикла» здесь разрушили православный храм. Когда-то в этот храм приходили молиться жившие в городе греки, но в тридцатые годы всех их сослали куда подальше, а храм закрыли. Мало ли, чьи «святые мощи» могли быть погребены под алтарём? Гроб подняли на поверхность и, ничтоже сумняшеся, вскрыли. Внутри металлического гроба обнаружился деревянный. А в нём – мумифицированное мужское тело в богатой одежде. И ещё была найдена свинцовая банка с вложенным «жизнеописанием», из которого следовало, что покойный – Дмитрий Егорович Бенардаки , построивший на свои деньги храм, под алтарём которого впоследствии похоронен: Греческую посольскую церковь во имя великомученика Дмитрия Солунского. Строителям имя покойного ничего не сказало, и тело ещё сутки простояло под открытым небом и моросящим ленинградским дождичком, пока его не отправили в 1-й город-кой судебно-медицинский морг…
Да, не помнят в Петербурге Дмитрия Бенардаки. Я убедился в этом, пытаясь найти в питерских исторических архивах и в Публичной библиотеке документы, связанные с этим именем. Сотрудники этих уважаемых хранилищ истории смотрели на меня с удивлением, впервые слыша это имя. Какой такой Бенардаки? Кому он известен? Что он, император российский, великий князь или известный писатель, на худой конец? Гоголь там, или Лермонтов?
А вот в 19-м веке имя Бенардаки было ой, как известно. В России – буквально от берегов Балтийского моря до Амура. Да и за пределами страны, впрочем, тоже. Первый русский миллионер, потомственный дворянин, заводчик, пароходовладелец, золотопромышленник, меценат, обладатель замечательной коллекции картин западноевропейских художников…
Это он стал прототипом «нового русского», помещика Костанжогло во втором томе «Мёртвых душ». Более того, Гоголю не достаточно оказалось одного героя, написанного с такой яркой модели, и он выводит там же ещё одного, миллионера-благотворителя Афанасия Муразова.
Так что это за человек такой был, Дмитрий Бенардаки?
Родился Дмитрий Егорович (он же – Георгиевич) Бенардаки в июле 1799 года в Таганроге, провинциальном российском городке на берегу Азовского моря. В том самом, где позже родился писатель Антон Чехов и где умер император Александр Первый.
Его отец, грек Георгий (Егорий) Никифорович Бенардаки, ко времени рождения Димитриуса уже полтора десятка лет (с 1784 года) был подданным русского царя. Надо заметить, что греки – купцы и военные – в многонациональном Таганроге были едва ли не самыми многочисленными. Они массово иммигрировали сюда после русско-турецкой войны 1768–1774 гг., в которой встали на сторону русских и которая не привела к ожидаемому крушению господства Турции в Средиземноморье. Георгий Бенардаки в своё время тоже принял участие в борьбе против турецкого господства. В 1790 году он командовал судном «Феникс», которое вместе с другими греческими судами встало под знамёна адмирала Сенявина. И после окончания боевых действий и службы в российском флоте Бенардаки в чине майора в отставке (по другим сведениям – в чине капитан-лейтенанта) поселился в окрестностях Таганрога, где был в числе 22 других греков-дворян наделён 261 десятиной земли, получив их в безвозмездное пожизненное пользование.
Сведения о некогда широко известной многочисленной семье Бенардаки современные исследователи собирали буквально по крупицам. Таганрогский краевед О. П. Гаврюшкин (2000) установил, что после того, как в 1799 году у отставного майора Георгия Бенардаки родился сын Дмитрий, последовало ещё несколько рождений. В 1805-м появилась на свет дочь Земфира (умершая, как полагает О. П. Гаврюшкин, во младенчестве), в 1806-м – Константин. Были ли у Дмитрия другие братья и сёстры – неизвестно. Непросто современным исследователям истории семьи Дмитрия Бенардаки установить, сколько же о оставил наследников. Тот же О. П. Гаврюшкин, например, выяснил, что «в семье Дмитрия Георгиевича родились сыновья Михаил (1828), Леонид (1829), Николай и дочь Мария (1826) и ещё одна, имя которой установить не удалось». А позже уточняет словами историка М. П. Погодина, близко знакомого с Дм. Бенардаки: «Дочь Мария Дмитриевна была за князем Радзвилом, другая за Г. П. Талейраном)». Автор, зная, что существовала совладелица Верхнеамурской золотопромышленной компании Вера Дмитриевна Талейран-Перигор, предположил, что именно она была дочерью Дмитрия Егоровича. И это предположение впоследствии подтвердилось так же, как и другое: что ещё одна графиня, Елизавета Дмитриевна Перхенштейн, имевшая акции в той же компании, также была его дочерью. А ещё у Бенардаки была дочь Александра, вышедшая замуж за будущего министра финансов А. А. Абазу, но умершая (от родильной горячки?) в 1856 году, успев произвести на свет дочь Прасковью. Кроме того, у Дмитрия Бенардаки был сын, которого (видимо, в честь дяди), назвали Константином. И Констан-ин Дмитриевич также впоследствии оказывается в числе акционеров Верхнеамурской компании, основанной его отцом.
Таким образом, мы насчитали, что у Дмитрия Бенардаки было по меньшей мере восемь детей, четверо девочек и столько же мальчиков. Я. Капасакалдис (2004) и М. Финюкова также говорят тоже говорит о восьмерых детях Дмитрия Бенардаки, но они упоминают о трёх сыновьях и пяти дочерях, не называя имён. И в посмертной записке из захоронения Дмитрия Бенардаки говорится о четырёх дочерях и трёх сыновьях Дмитрия Бенардаки, которые были утверждены в 1861 году вместе с отцом в почётном дворянстве, но при этом в ней не встречаются имена ни Михаила, ни Марии, но зато упоминаются Людмила и Елизавета. Нам остаётся только высказать очередное предположение, что двое старших детей до 1861 года попросту не дожили, а всего их у Дмитрия Егоровича было никак не меньше десяти человек. И это число могло быть больше, да жена его, Анна Егоровна, умерла в октябре 1846 года через пять дней после рождения младшего сына Константина…
предыдущаяследующая 
