![Печать](/images/M_images/printButton.png)
Советское литературоведение о Н. В. Гоголе
В Советском Союзе оценки В.Г. Белинским (20) творчества Гоголя в целом и "Выбранных мест" в частности стали каноническими. Да и защита социально-политических взглядов Гоголя была делом опасным.
Нельзя обойти вниманием книгу В. Вересаева "Гоголь в жизни" (7). Современный исследователь творчества Н. В. Гоголя И. П. Золотусский так оценивает ее: "Ни один будущий исследователь жизни Гоголя не пройдет мимо этой книги - не пройдет, не поклонившись ей, ее автору, его труду, капитальности которого может позавидовать любой современный ученый".
В. Вересаев, конечно же, занимал ту позицию, которая была принята в официальном советском литературоведении.
Он писал о Гоголе, что всю свою идеологию он впитал из недр "старой помещичьей жизни", что "в вопросах общественности, морали и религии великий автор "Ревизора" и "Мертвых душ" стоял совершенно на том же уровне, на котором стояла его наивная и глуповатая мать-помещица". Но тот свод документов, воспоминаний, свидетельств, которые были В. Вересаевым собраны, объективно опровергает эти оценки, хотел этого автор, или нет.
Большое значение имела монография М.С. Гуса "Гоголь и николаевская Россия" (1957) (11), в которой была предпринята попытка комплексного осмысления идейной эволюции Гоголя в течение всей его жизни. Несмотря на стремление автора жестко связать историю общественной мысли в России с кризисом крепостного хозяйства и поиск коммунистических идей в творчестве Гоголя, в работе Гуса дан большой фактический материал, сделан ряд ценных наблюдений. Автор рассматривал развитие политических взглядов Гоголя от юности до его кончины как сложный, но непрерывный процесс. Несмотря на марксистскую фразеологию, книга М.С. Гуса во многом опередила свое время.
Период с конца 70-х по начало 90-х годов ХХ в. в отечественном литературоведении знаменуется попыткам заново реабилитировать Гоголя, "вернуться к Гершензону" и в то же время не порывать до конца с идеями Белинского.
Прорыв в советском гоголеведении связан с именем лауреата Солженицынской премии И. П. Золотусского (12). В книге "Гоголь", выдержавшей с 1979 по 2007 гг. шесть переизданий, он реабилитирует Гоголя как независимого мыслителя. "Выбранные места" для Золотусского - исповедь, вырвавшаяся из души Гоголя в момент раскола прежде единой русской мысли на западничество и славянофильство. И. П. Золотусский высоко оценил "Выбранные места" еще и за то, что Гоголь впервые заявил, что в наших бедах виноваты мы сами, что возмутило западников, искавших корни неудач во внешней среде, в правительстве, в устройстве общества.
В эти годы возникло и критическое направление в изучении общественно-политических взглядов Гоголя.
Ю. Манн (13, 14) считал, что "гоголевские построения ("Выбранные места") не свободны от налёта идеализации". Исследователь выделил главное в споре: Гоголь хотел изменить людей, а Белинский – реформировать учреждения. Это хорошо известно со времён М. О. Гершензона, но здесь Ю.В. Манн делает новую, очень важную оговорку: линия Белинского вела как к коммунизму, так и к либерализму; линия Гоголя вела к Достоевскому и русскому консерватизму в целом.
Ю.М. Лотман (29), подметив линию преемственности от Карамзина через Пушкина и Жуковского к "Выбранным местам из переписки с друзьями", в то же время обвинял Гоголя в сознательной лжи, в создании мифа о Пушкине как гении духовной литературы, беспредельно преданном православию и самодержавию.
Гоголеведение в постсоветское время
Крупнейшая после книги И. Золотусского попытка реабилитировать Н.В. Гоголя была предпринята Ю.Я. Барабашем (5). Ю. Барабаш еще более решительно, чем Золотусский, отметает западнические обвинения в адрес Гоголя.
Позиции И. П. Золотусского, Ю. Барабаша нашли свое продолжение в энциклопедии Б.В. Соколова "Гоголь" (17).
В начале 21 века В.Ю. Белоногова (6) в книге с названием "Выбранные места из мифов о Пушкине" подхватывает тезис Ю. Лотмана и пытается доказать отсутствие близкой дружбы между Пушкиным и Гоголем, опровергнуть представление об их преемственности в литературе.
К середине 90-х годов на первое место вышел вопрос о значении Гоголя для православной культуры.
В первую очередь, среди ученых, возродивших традицию В. Зеньковского, называют И. А. Виноградова (8).
В 2000-2003 гг. он опубликовал переписку Гоголя с Н.Н. Шереметевой, отзывы свт. Игнатия Брянчанинова и прот. Тарасия Середницкого о "Выбранных местах", сборник "Неизданный Гоголь" (2), последнее произведение писателя "Размышления о божественной литургии" (1).
Виноградов поставил своей целью доказать, что Гоголь в течение всей жизни был глубоко православным писателем. Уделив внимание буквально каждому году жизни автора "Мертвых душ", исследователь приходит к выводу, что никаких резких переломов в мировоззрении у Гоголя не было: "Несмотря на кажущиеся противоречия, все написанные им произведения составляют лишь последовательные (хотя подчас и крутые) ступени духовного восхождения". Лейтмотивом всей жизни Гоголя И. Виноградов считает служение государству как исполнение заповедей Христовых применительно к конкретным условиям жизни. Виноградов провозгласил доверие к первоисточнику: если Гоголь утверждал о незыблемости своего жизненного пути, то надо верить ему… Мировоззрение Гоголя под пером Виноградова предстает как православное от начала до конца.
Линия И. А. Виноградова нашла свое продолжение в работах В. А. Воропаева (9, 26, 27).
Он предлагает изучать Гоголя с позиций православного мировоззрения, а таково и есть мировоззрение самого Гоголя, как считает исследователь: "В этом случае нет загадок - все встает на свое место. Произведения Гоголя становятся более близкими нашему времени, помогают нам осмыслить духовный путь России, разобраться в самих себе, укрепить свою веру".
В книге "Н. Гоголь. Опыт духовной биографии" (9) он цитирует Патриарха Алексия II, который в одном из выступлений говорил: "Современникам открывается подлинный лик Гоголя как великого духовного писателя России".
В.А. Воропаев показывает духовный подтекст даже ранних произведений Гоголя, характеризует его как монаха в миру, сознательно принявшего такую позицию и намеревавшегося уйти в монастырь.
Итак, изучение мировоззрения Гоголя к 200-летнему юбилею достигло наивысшего уровня за всю историю. В последние годы опубликовано множество ранее неизданных гоголевских материалов. Мнение о Гоголе как изначально православном писателе прочно утвердилось в историографии. Н. В. Гоголь предстает перед нами не только как писатель, но и как мыслитель. Неоднозначность же оценок только подтверждает многомерность личности великого писателя.